Оккупация принесла смерть и в сам Новогрудок, и в соседние села.
О жертвах, палачах-полицаях и праведниках
«Кто спасет одну жизнь — спасет весь мир». Такими словами в древнем трактате подчеркивается бесконечная ценность каждого человека. Но когда рушится привычный мир, не всякий находит в себе смелость и желание поступать смело и по совести. Таким испытанием для человечности каждого стала Великая Отечественная война. В Новогрудский район она пришла с отрядами нацистов в июле 1941 года, рассказывает "Народная газета".
Оккупация принесла смерть и в сам Новогрудок, и в соседние села. Нашлись и среди местных жителей те, кто с готовностью взял на себя обязанности палачей. Однако были и те, кто спасал чужие жизни, рискуя собственными. Например, семья Бобровских: муж, жена и их пятеро детей.
Директор Новогрудского историко-краеведческого музея Марина Ярошук у нар, воссозданных по воспоминаниям Райки и Леи Кушнер.
Дом у дороги
Франц и Франтишка Бобровские с детьми жили в полукилометре от Новогрудка, их дом стоял недалеко от дороги, ведущей к деревне Литовка. По другую сторону дороги находилось одно из двух городских гетто, куда свозились евреи не только из районного центра, но также из Кореличей, Ивенца, Дятлова и окрестных сел. В мирное время Бобровские были так называемыми гицли — занимались отловом бродячих собак.
Сейчас на месте дома Бобровских — неприметная обочина рядом с трассой. Но в будущем здесь планируется разместить памятный знак в честь семьи, которая за время своего недолгого существования смогла спасти не один мир…
Сохранилось немало свидетельств очевидцев, которые описывают первые дни оккупации в Новогрудке. Фашисты выгнали из домов около сотни евреев и расстреляли каждого второго. Ношение желтых шестиконечных звезд на одежде сразу же стало обязательным. К слову, тогда евреи составляли примерно половину жителей города — около 6 тысяч человек. Большинство их ожидала незавидная судьба. Забегая вперед, отмечу, что всего за два года — с августа 1941-го по осень 1943-го в двух Новогрудских гетто были убиты около 10 тысяч евреев.
Стоящий на отшибе домик Бобровских стал спасительным для многих беглецов из гетто. В основном бывшие узники присоединялись потом к еврейскому партизанскому отряду братьев Бельских. Бывало, что в ожидании подходящего момента они по несколько дней и даже недель прятались у Бобровских.
Вспоминал дружелюбных хозяев и Идель Каган, который сумел спастись из Новогрудского гетто. Он в сентябре 1943 года бежал благодаря прорытому подкопу. Позже переехал в Лондон и там под новым именем, как Джек Каган, стал миллионером, основав собственное производство канцелярских товаров. Но в его памяти навсегда остался морозный декабрь 1942-го, когда вместе с еще 13 узниками гетто он предпринял первую попытку побега. Тогда в спасительном доме его с остальными беглецами накормили горячим супом. Увы, в небольшой деревенской хате не нашлось места для такого количества молодых мужчин, поэтому ждать партизан, к отряду которых они рассчитывали присоединиться, евреям пришлось в лесу. В тот раз Идель Каган был вынужден вернуться в гетто, после того как провалился в реку, переходя ее по тонкому льду, и отморозил пальцы на ногах.
Назвала своей дочкой
Зимой 1943 года нацисты приступили к уничтожению Новогрудского гетто. Начались массовые расстрелы. В страхе за свою жизнь и жизнь своих малюток одна из узниц Шифра Гаркави вместе с двумя дочерьми — 5-летней Рут и 2-летней Хадашкой — бежала из гетто. Франц и Франтишка Бобровские приютили беглянку с малышками. К ним в дом с обыском полицаи пришли по доносу. Еврейскую женщину вместе со старшей дочерью обнаружили быстро и расстреляли там же. Приютивших ее супругов проволокли привязанными к хвостам лошадей 3 километра до тюрьмы, где также расстреляли. Семья унесла с собой в могилу тайну, которая спасла жизнь одному маленькому человеку. Франтишка назвала своей дочерью Галинкой маленькую девочку, которая играла с младшей Янкой. На самом деле это была двухлетняя Хадашка, прятавшаяся вместе с мамой и сестричкой в их доме. Малышка еще не умела говорить, она не смогла назвать свое имя, когда ее спрашивали полицаи — и никто из семьи Бобровских не выдал ее настоящее происхождение. Еврейскую девочку вместе с младшей дочерью Бобровских определили в детский дом на улице Гродненской в Новогрудке. Хадашка осталась жива и дожила до старости, которую встретила в Израиле.
Тоннель рыли ложками
За время существования Новогрудского гетто фашисты несколько раз устраивали в нем чистки. Известно о четырех массовых расстрелах, которые проходили после так называемой селекции. После четвертого, последнего, в гетто осталось всего 250 человек. Основатель новогрудского Музея еврейского сопротивления Тамара Вершицкая так описывает события, подтолкнувшие оставшихся в живых к решительным действиям: «Селекцию накануне расстрела предваряла раздача дополнительного пайка хлеба… 7 мая 1943 года, когда рабочие ушли в мастерскую за хлебом, всех остальных во дворе окружила полиция. Их расстреляли недалеко от гетто, практически на глазах тех, кто получал дополнительный хлеб». Тогда было расстреляно около 300 человек. В основном женщины и дети. Спустя две недели после этого оставшиеся узники приступили к рытью тоннеля для побега.
Копать его начали под нарами, чтобы было незаметно. Сперва скребли руками и ложками, позже сами придумали и изготовили приспособления в виде металлических дисков. Среди узников нашлись электрики, которые буквально по 10—20 сантиметров воровали куски проволоки и, скрутив их, провели в тоннель электричество — притом что в самих бараках его не было. Позже в метровой толще земли просверлили отверстия для трубок-воздуховодов. По ним же определяли и направление тайного хода. Была здесь и своя сигнализация.
Побег состоялся 26 сентября 1943 года. Но беглецов потом нашли. Спастись удалось только двум третям беженцев. В числе их оказался и бывший новогрудский скорняк и домовладелец Зейдель Кушнер с дочерьми. Позже он с семьей перебрался в США. Сегодня Кушнеры известны своим миллиардным богатством и родством с бывшим президентом Соединенных Штатов.
Народная газета
Фото:из архива "ГП" и sb.by
